Teen Wolf: The battle with the Death

Объявление

Сюжет
Список смертников
Хронология
Правила
F.A.Q.
Бестиарий
Акция "Ищу тебя"
Акция "Война друидов"
Занятые внешности
АКТИВИСТЫ
Таймлайн: после 6"а",

октябрь 2017 года;

полнолуние: 5 октября, новолуние: 19 октября.

Palantir

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Teen Wolf: The battle with the Death » Флешбеки » Уйти нельзя остаться


Уйти нельзя остаться

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Уйти нельзя остаться
http://sa.uploads.ru/t/Z7ETH.gifhttp://s6.uploads.ru/t/ydcUu.gif

Участники:
Jack Shelton, Samantha Monroe.

Дата, время и место:
3 октября, утро, дом Айзека

Погода:
пасмурно

КРАТКАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Любое существо однажды становится перед выбором. Человек сталкивается с этим постоянно.
Но что если ты оборотень и твой выбор определит дальнейшую жизнь? Уйти нельзя остаться. Одна запятая, а решает столько всего.

+1

2

Звенящее чувство пустоты в груди заставило Джека проснуться. Он буквально подскочил на кровати, прижимая ладонь к горячей коже. Легкие сперло от духоты, мысли заволокло туманом, будто после одного из тех кошмаров, которые заставляли его просыпаться среди ночи в поту, хватая ртом воздух. На то, чтобы стабилизировать своё состояние у Шелтона ушло несколько мучительных минут.
Связь всегда рвалась принося с собой жуткую боль, а уж чем сильнее она была, тем тяжелее было свыкнуться с  ощущением её отсутствия. После смерти Роберта Джек ликовал, испытывая сладкое чувство эйфории, вперемешку с ноющей тоской. Тогда он будто находился под действием тяжелого наркотика - кружилась голова, путались мысли, но испытываемое им удовольствие сглаживало все недостатки происходящего. На этот раз всё было иначе.
Первый бета, который провел со своим Альфой больше всего времени, чувствовал, что его не стало. Айзек Лейхи в одно мгновение превратился в ничто, от него не осталось и следа - ни личности, ни характера, ни силы, которая наполняла молодое и сильное тело, питая собой всех оборотней стаи. Совершенно ничего.
Джек спустил ноги с кровати, становясь босыми ногами на пол. Разгоряченная лихорадкой кожа контрастировала с ледяной поверхностью, помогая вернуть ясность разуму. Острый слух пытался выхватить из окружающей среды хоть что-то, что могло бы хоть как-то опровергнуть или подтвердить его ощущения, но вокруг было тихо. Абсолютная тишина, будто разом убавили весь звук до минимума, и только колокол в его голове трезвонил так, будто призывал на последнее богослужение.

- Сука, - Шелтон крепко стиснул руками голову, больно цепляясь пальцами за растрепанные волосы. Тянущая боль не способствовала отрезвлению. Наверное, если бы его сейчас выпотрошили, он бы этого даже не заметил.
Джек мог представить, каково было сейчас остальным, которые скорее всего испытывали нечто подобное впервые в своей жизни, и совершенно не понимали, что на самом деле происходит. О, до них вскоре дойдет. До всех доходит. Это заложено на уровне инстинктов - знать, что ты потерял самую важную составляющую стаи, испытывать тоску из-за гибели вожака и желать отомстить тому, кто посмел совершить подобное. Но и это проходит, стоит только новому Альфе заявить права на утерянных волков. Чертовы инстинкты.
Ноги едва держали его, когда Шелтон всё же поднялся с кровати, принявшись расхаживать по комнате из стороны в сторону. Он снова остался один. В который раз за эти несколько лет? Если кто-то когда-то ему скажет, что это его гребанная судьба, он перегрызет этому смельчаку глотку. Джеки, ты веришь в карму? Нахуй карму. Парень громко зарычал, резким движением сметая со стола всё, что на нем находилось. Книги с грохотом свалились на пол, пустой стакан разлетелся вдребезги, осыпав пол осколками.

- Как ты посмел, Лейхи?! - Что? Проиграть? Оставить их одних? Умереть? Всё и сразу.
Джек не верил в проклятия, но этот город искренне считал проклятым. Даже Лондон, с тем количеством людей, проживающих в нем, постоянно сменяющими друг-друга тварями, едва ли не ордами охотников и всевозможных психопатов, на его фоне выглядел райским местом. В Бикон Хиллс их не ожидало ничего хорошего - все это знали, но никто не посмел возразить Айзеку ещё тогда, заставить его остаться на месте.
Шелтону следовало передохнуть. К этому всё шло. Реки крови, которые проливались здесь, должны были рано или поздно забрать кого-нибудь из них. Он рассчитывал, что уйдет самый слабый и неустойчивый. Кто знал, что им окажется их Альфа? Джеку просто необходимо было признать, что привязываться к кому-либо опасно. Пустое занятие, которое только зря портило нервы. Как бы он ни отрицал своё отношение к стае, они были связанны друг с  другом. Уважение, поддержка, привязанность - всё это превращалось в зависимость, которая была хуже всякой пагубной привычки.
Джек растер рукам лицо, несильно похлопал себя по щекам и потянулся за пачкой. Смысл убиваться, если всё уже произошло? Страдания не приводят ни к чему хорошему, жажда отомстить - всего лишь пустая трата времени. Ему незачем больше было оставаться здесь. Осознание этого далось ему предельно легко. Шелтон зажал тлеющую сигарету в зубах и распахнул шкаф, вытаскивая оттуда большую дорожную сумку, которая всё ещё была до половины забита вещами. Он не успел здесь обжиться, так что ему не нужно было много времени на сборы. Сбегает ли он? Нет, просто уходит.
Когда на улице начало светать, все необходимые ему вещи уже были укомплектованы. Выбрать место, куда он собирался было не так уж сложно. Всё началось в Лондоне, значит там этому следует и закончится. Джек спустился на кухню, чтобы выпить кофе и оставить ключи от дома. К этому времени кто-то обязательно копошился у плиты, готовил завтрак, грел чайник, сонно проклиная ранние подъемы и необходимость выходить из дома. Сейчас же стая притихла, а дом погрузился в тишину, будто был вовсе необитаемым. Удивительно, как легко, всего за одну ночь, всё могло встать с ног на голову. В прочем, Шелтон подобным вещам не удивлялся. Больше нет.

+2

3

Каждый день в мире умирают люди. Каждый день кто-то где-то умирает, и ты знаешь об этом и не можешь ничего поделать, да тебе и не надо ничего делать, ведь там умирают те, кого ты никогда не знал и, по сути, ты и не задумываешь об этом. Не думаешь, что завтра следующим кто умрет, будет дорогой тебе человек. Но жизнь такая штука, она всегда подкидывает тебе очередное испытание в тот момент, когда ждешь этого меньше всего. В тот момент, когда казалось бы, что вот, все хорошо, но... Нет. Жизнь та еще девушка и все это прекрасно знают. Она испытывает, каждый раз бьет по больному и с каждым разом все сильнее, надеясь таким образом воспитать, научить чему-то. И ей плевать, что в тебе не осталось сил, что следующее такое испытание может сломать тебя. Особенно, если ты к нему не готов. Особенно, если это испытание приходит в такой вот форме.
Крик. Оглушительный пронзительный крик наполняет комнату и Сэм резко садится на кровати, обвивая себя руками, пытаясь таким образом закрыться от боли, что разрастается внутри. Когти врезаются в собственное тело, оставляя на ребрах неглубокие порезы, но Саманта не замечает этого. Там, внутри, намного больнее, но и в тоже время пусто. Чувство, будто кто-то вырвал жизненно важный орган, будто-то кто-то, лишил тебя части души, разворотив тело не хуже газонокосилки, а теперь пытается сшить по кусочкам, но не знает, какой откуда.
Не сложно догадаться, что стало причиной этой боли.  Монро знает, что это значит. Она не редко слышала рассказы о том, что происходит с бетами, когда их альфа умирает, но не испытывала это. Раньше не испытывала, сейчас же ощутила в полной мере.
- Айзек.- произносит дрожащими губами, надеясь, что все это приснилось и вот сейчас он услышит, что она зовет его и зайдет в комнату, но его нет. Его нет в этой комнате, нет в этом доме, нет больше в этом мире. Он мертв.
Тело постепенно слабнет, теряя ту силу, что давал альфа. Боль все еще ощущается и Сэм сидит на постели без единого движения, вслушиваясь в звенящую тишину. Сегодня она не спала. Сначала просто долго не могла уснуть, постоянно ворочаясь в постели, а потом...потом уже было не до сна. Тысячи вопросов в голове и ни одного ответа. Где? Как? Кто? Не важно. По крайней мере, не сейчас. Боль в груди не дает сконцентрироваться и не позволяет нормально думать, постоянно сбивая с мыслей. Память же, стараясь добить, то и дело проецирует обрывки воспоминаний. Первая встреча, где Айзек и остальные члены стаи спасают ее от охотников, затем предложение присоединиться, которое девушка принимает практически сразу, получение символа стаи - маленькая черная птичка, что теперь красуется на предплечье. Лейхи объяснял, что она означает свободу. Да, у них та еще стая, но все они были свободны. Айзек никогда их не ограничивал, разве, что сдерживал буйный нрав Монро, цвет глаз которой уже давным-давно должен был смениться с желтых на синий, но альфа всегда одергивал ее, спасая от необдуманных поступков и что более важно, необратимых последствий.
Разум проясняется, когда до слуха доносятся шаги на лестнице. Только сейчас она понимает, что все ощутили это. Каждый, кто был в стае, почувствовал это и теперь все они знали, что альфа мертв. Саманта быстро спрыгивает с кровати и бредет на кухню, в одной футболке, даже не подумывая одеться. Это сейчас не имеет значения. Куда более важно, решить, что теперь делать. Что теперь будет со стаей.
- Джек? - тихо зовет состайца по имени, замечая того на кухне. Быстро сокращает расстояние между ними и прижимается к парню, пытаясь таким образом успокоить себя и поддержать его. Джек был первым, кто вошел в стаю, был тем, кто помог Айзеку стать альфой и Сэм даже и представить себе не могла, насколько сейчас тому плохо. Однако ей хватило одного взгляда, чтобы понять, что его это не интересует. Либо же Шелтон просто делал вид, что ему наплевать. Но как бы там ни было, он все еще здесь.
- Ты тоже это почувствовал? Что нам теперь делать? - проговаривает девушка, отрываясь от парня и наливая себе кофе, стараясь таким образом отвлечься от разворачивающейся  внутри истерики.
- Нужно найти его, забрать...тело. Надо что-то сделать. Черт, я не знаю, у меня никогда не было стаи до вас. Что там обычно делают, когда альфа умирает? - голос срывается на крик, а кружка выпадет из рук и падает на пол, выплескивая содержимое и разбиваясь на осколки. 
- Блять. - сжимает руки в кулаки и отворачивается, прижимаясь лбом к верхнему шкафчику.

Отредактировано Samantha Monroe (07-10-2017 21:56:09)

+2

4

Засыпая кофе в турку, заливая его водой и ставя на огонь, Шелтон понимал, что делает всё это исключительно на автомате. Его мысли всё ещё находились в туманной поволоке, сквозь которую, как вспышки, мелькало: "нужно уходить", "меня здесь больше ничего не держит" и "а уверен ли ты в этом, идиот?" Голова продолжала раскалываться. Как бы он ни был уверен в правильности своего решения, мелкий червячок сомнения потихоньку проедал в нем дыру. Однако, Джек не был из тех людей, которые меняли свои решения просто так, особенно поддавшись какому-то сомнительному чувству.
Он ведь всегда умел уходить. Он, черт возьми, помог Айзеку убить собственного Альфу и нисколько об этом не пожалел. Значит, не так уж и важен для него должен быть вожак в стае. По крайне мере Джек очень хотел в этом убедить самого себя. С Лейхи у них была крепкая дружба, по меркам самого Шелтона. Айзек знал обо всем дерьме, которое произошло в его жизни - единственный из всей стаи. Джек не любил делиться чем-то личным с кем-либо ещё, а посему все диалоги, затрагивающие тему семьи, сводил на нет. Именно на этой почве у него и случались частые конфликты с Томми. Мелкий засранец доводил своими расспросами.
На лестнице послышались шаги как раз в тот момент, когда Джек снял турку с огня. Парень достал с полки свою чашку, игнорируя дрожь в руках. Эту посудину, рассчитанную, наверное, на тройную порцию кофе, подарила ему Сэм на один из дней рождения. Не то чтобы он выказывал восторг от этого подарка - яркого, с каким-то явно неадекватным волком на боку, - но неизменно пил исключительно из неё, оправдывая себя тем, что количество посуды в доме ограничено, а ему привычнее иметь хоть что-то своё.
Джек наливает в чашку кофе и оставляет её в сторону, поворачиваясь лицом к возникшей в дверном проеме девушке. Сэм растрепанная, растерянная и от неё веет отчаяньем и тоской. Ещё бы. Кажется, скоро весь дом пропитается этим отвратительным запахом так, что в пору будет выть. Шелтон позволяет волчице обнять себя и даже приглаживает её волосы рукой, в попытке хоть как-то успокоить. Он в этом не так хорош, да и способны ли объятия хоть немного исцелить рану, которую они все получили этой ночью? Определенно нет.
Сейчас Саманта как никогда напоминала ему его младшую сестру. Сенди тоже всегда вела себя крайне независимо, как для маленькой девочки, но на самом деле она была нежной и слабой, нуждающейся в защите. Назвать слабой Монро у Джека не повернулся бы язык, но это вовсе не отменяло того факта, что ей тоже необходима была поддержка, которую он, увы, дать не мог. Куда лучше с этим справился бы Росс. Или Айзек.

- Обычно все просто уходят, Сэм, - ровным  тихим голосом отвечает он. Надо же, он и не подумал о том, что стоило бы найти тело Альфы, забрать его и нормально похоронить. Для него всё всегда было предельно просто. То, что мертво следует оставлять позади. Никто не возвращается с того света. Никому не важно, где и в каком состоянии находится их тело.Их просто больше не существует для того, чтобы об этом хоть как-то переживать.
Звук разбившейся чашки режет слух, но Шелтом и ухом не ведет, молча доставая метлу и убирая разлетевшиеся осколки. Он бросает на пол полотенце, чтобы то впитало кофе и на этом всё. Минимальные усилия для дома, который вполне мог бы стать его родным, и для девушки, которой на эти мелочи сейчас было совершенно плевать.

- Стаи распадаются, Альфы умирают, а оборотни ищут себе место получше, наплевав на всякие связи. Мы не так преданы, как волки, чтобы умирать вместе с вожаком. Людям плевать на такое, знаешь, - Джек упирается поясницей в край кухонной тумбы и снова берет в руки чашку с кофе. Сэм всё равно не поймет его слов, потому что она не такая. Она будет сражаться до последнего. Шелтону же сражаться не за что.

Отредактировано Jack Shelton (07-10-2017 22:35:40)

+2

5

Сэм стоит уперевшись лбом в шкафчик. Внутри идет война, в которой разум борется с сердцем, а человек с волком. Один говорит бежать, бежать как можно дальше, другое же требует остаться и выяснить все. Нет, бежать она не будет. Случись подобное год назад и Сэм была бы первой, кто сбежал, потому что это именно то, что она всегда делала. Монро сбежала от собственных родителей сразу же после того как впервые обратилась и потом бегала из города в город и так по всей стране на протяжении трех лет. Трех долгих лет, пока, наконец, не встретила Айзека и других членов стаи. Сэм прожила с ними год, стараясь всегда держаться поодаль и наблюдая со стороны. Но после переезда в этот город, все как-то слишком быстро поменялось и именно она вместе с Айзеком теперь всегда оказывались в центре событий. Этот город все изменил. Никто из них не хотел сюда ехать, даже Сэм, которой, по сути, всегда было все равно где жить и которая с легкостью переживала все переезды, но этот дался ей тяжело. Им всем было тяжело. Но Айзек сказал и стая не могла ему ничего противопоставить. Все они, повинуясь приказу альфы, собрали вещи и первым же рейсом были доставлены в Бейкон Хиллс.
- И ты уйдешь, да? - вопрос, который не требует ответа. Сэм знает, что будет. Понимает, что никого из стаи ничего не держит в этом городе. Они свободны. Теперь уж точно. Девушка легко касается места, где расположена татуировка и слезы подступают к ее глазам. Все это было напрасно. Все это было впустую. Чувства мешаются, создавая своеобразный коктейль из отчаяния, печали и страха.
- Но я не такая! Я, мать твою, волк! Единственный в этой стае. И это правда. Монро хоть и не была одним рожденным оборотнем, но точно была единственной, кто мог полностью обращаться в волка и скорее именно по этой причине, она имела куда больше общего с этими животными, чем остальные члены стаи. Сэм была такой же преданной, как и волки, и обладала таким же сильным характером. Однако сейчас вся эта сила куда-то ушла, отступая назад и отдавая место боли.
- Ты и правда уйдешь, да? Не мне тебя в этом упрекать, но Джек! Ты в этой стае с самого начала и ты не можешь просто так взять и сбежать! Куда ты пойдешь? Найдешь другого альфу, примкнешь к нему, а когда убьют его, то найдешь другого, так? - кричит Саманта, говоря все это не обдумав, старается зацепить парня и ударить по больному, но зачем? Да просто не хочется верить, что она единственная, кому не плевать, что она та слабая часть стаи, которая до сих пор ощущает всю эту боль от потери альфы. Нити, связывающие их, рвутся одна за одной, принося за собой очередную порцию боли.
- Но так все и будет. Это ведь именно то, что ты и делал всегда. - Уже спокойно, еле слышно. Тяжело признавать, но стая распадается и поделать с этим ничего нельзя. Сэм понимает, что без альфы им никак, но ее это не волнует. Айзек был ее альфой, он им и останется. Ей не привыкать быть омегой, не привыкать скитаться из города в город и прятаться от охотников. Однако сейчас бежать она не намерена. Лейхи был не просто альфой, он был другом и Монро не оставит все это просто так. Не спустит на самотек.
- Какого хрена ты все еще здесь? Собрался уходить, так вали нахер! Думаешь, буду уговаривать тебя? Не на ту напал. Пошел вон, убирайся! - снова кричит и потеряв самообладание на несколько секунд пара слезинок успевает скатиться по ее щекам. Она толкает парня к выходу и в этот момент сердце пропускает удар. Противно от всего этого. Они с Джеком были кем-то вроде друзей. Он всегда понимал ее и никогда не осуждал и не останавливал, когда та теряла контроль. Оба сохраняли дистанцию и никогда не лезли друг к другу с глупыми вопросами. Да, они были друзьями. Не самыми близкими, но все же. От этого, прогонять его казалось неправильным и отдавалось внутри еще одной болью, которую, как Сэм надеялась, ощущала не только она. Но если быть честным, то Джеку всегда было плевать на всех. Или же делал вид, что ему плевать. Монро так до конца и не разобралась в этом, а теперь уже и не важно. Она вновь толкает парня в сторону выхода, но где-то в подсознании надеется на то, что он передумает, на то, что он не уйдет.

Отредактировано Samantha Monroe (17-10-2017 18:37:21)

+2

6

Чего Джек не любил больше всего, так это женских слез. Всякий раз глядя на то, как плачут девушки, перед его глазами вставал образ маленькой сестры, которой он никогда не мог отказать, стоило ей проронить несколько слезинок. Девушки всегда слишком эмоциональны и принимают всё чрезмерно близко к сердцу. Как бы Сэм ни пыталась всегда отойти от образа обычной девчонки, она всё же была таковой. Ей пришлось многое пережить, как в прочем и всем им, но она дольше всего была одна и эта стая стала для неё настоящей семьей, пусть она никогда и не спешила этого показывать.
Шелтон молча слушал её возмущения, скрестив руки на груди. Сейчас они все были в равном положении. Каждый изстаи страдал, чувствуя смерть Альфы. Даже он - тот, который всегда пытался быть не удел и казался бесчувственным. За несколько лет его эмоции потеряли для него почти всякий смысл, но это не значило, что их у него не было. Парень просто не видел смысл втом, чтобы их показывать.
Какой смысл кричать, когда тебе плохо? Бить посуду, обвинять кого-то? Твои проблемы-это твои проблемы. Твои чувства никого не волнуют. Даже самые близкие друзья станут успокаивать тебя исключительно для проформы, потому что так заведено. Поэтому он никогда ничего подобного и не делал. У него и друзей то настоящих никогда не было. А из тех, кто был, каждый знал, что к нему лучше с подобным не соваться.

- Твое желание отомстить никак не относится к тому, волк ты или нет, - грубо оборвал он девушку. Он не собирался уходить тогда, когда она ему об этом скажет. Как бы гадко он не чувствовал себя от её криков и слез - Шелтон пытался давить в себе всё это, следуя своим принципам. Эти принципы, черт возьми, позволили ему выжить, когда его жизнь оказалась в дерьме. - Каждый из нас сейчас чувствует одно и то же - это инстинкт. Ты горюешь не потому, что Айзека больше нет. Признай, ты бы так не тосковала, если бы он был обычным человеком. На самом деле тебе было бы плевать. Тебе хреново, потому что он был твоим Альфой, на нем было завязано твое существование, - пусть это было и жестоко, но это по большей части было правдой. Монро пыталась держаться от всего, что происходило внутри стаи, подальше, как и он. Это Томми был домашним мальчиком-одуванчиком, который быстро привязывался к людям. Они с Сэм долго были одиночками и их потребность в стае по большей мере обусловливалась страхом сойти с ума или умереть от рук какого-то зарвавшегося охотника.

- Я уйду. И буду уходить всякий раз, - Джек с каждым словом приближался всё ближе к девушке, пока не навис над ней, тяжелым взглядом впившись в покрасневшие от слез глаза. Его радужки на мгновение вспыхнули синим цветом, выказывая ослабший от потрясения контроль. - А знаешь почему? Потому что мертвецы, блять, не возвращаются. Что бы ты ни делал, они продолжают гнить в земле. Хочешь мстить - мсти. Хочешь хвататься за стаю, которой больше нет - хватайся. Но Лейхи подох где-то там и всё, что его ждет - это черви, которые будут жрать его до тех пор, пока от него ничего вообще не останется, - Шелтон зло рыкнул, махнув рукой в сторону. Его раздражала ситуация в целом. Его раздражало всё.
Будто он не надеялся на то, что наконец нашел свое окончательно пристанище. Айзек был лучшим Альфой, которого он знал. После смерти его отца, Лейхи стал единственным, на кого Джек мог положиться. Оказалось, зря.

+2

7

Каждое слово Джека словно пощечина, от которой Сэм никак не может увернуться. Признавать, что разрывающее чувство внутри, словно кто-то вскрыл тело в попытке добраться до души при этом, орудуя бензопилой, является всего лишь следствием непонятной связи альфа-бета, было подобно предательству. Сэм надеялась, что все это не просто магическая привязанность и ей хотелось верить, что это нечто большее, завязанное на таком чистом и добром явлении, как дружба. Но слова Джека отражали правду и от этого, там, в подсознании все переворачивалось и грозило вырваться наружу в одном из своих проявлений, будь то слезы, крики или же неконтролируемая ярость, что сейчас переполняла девушку. Все эмоции смешались и потонули в море ненависти. Нет, она не ненавидела Джека, за то, что тот собирался уйти, не ненавидела Айзека, который позволил себе быть убитым, Саманта ненавидела себя за те иллюзии, которые создала и подпитывала каждый раз, истинно веря, что в этом мире есть те, кто ей не безразличен. Что есть те, за кого сама она готова отдать жизнь и сделать все, только бы этим самым людям было хорошо и они ни в чем не нуждались. Но это иллюзии. Маленькое, глупое ничто, которым кормят себя пятилетние девочки, верующие в замки, принцев на белом коне и мир во всем мире. А в реальности... Реальность жестока. Она наполнена монстрами  и речь даже не о оборотнях, потому как люди и есть монстры. Они используют друг друга в личных целях, не заботясь о чувствах других и выкидывают, так называемых "друзей" на помойку тогда, когда те больше не способны ничего дать. Люди убивают друг друга ради собственного удовольствия, забывая о том, что все они люди. И Сэм не отличалась от них ни чем. Она кровожадный монстр, получающий кайф, каждый раз, когда кто-то загибается от боли и неважно ее ли рук это дело или нет. Просто чужие страдания помогали ей отвлечься от собственных и это то, чем она жила.
- Заткнись. Просто заткнись, ладно? - рычит Монро, хватаясь за голову и сжимая в руках пряди темных волос. В ее голове вертятся тысячи мыслей и все они начинаются с вопроса "почему?". Почему не спасла? Почему именно в этот раз ее не было рядом? Почему так противно и мерзко от себя? И среди всего этого потока одна единственная мысль, начинающаяся с вопроса "что?" - это "что будет дальше?"
- Иди. Я не держу тебя. Все, чего я прошу, так это помочь мне найти его и похоронить нормально, как человека, а не оставлять где-то там гнить. Нет сил кричать и что-то доказывать, нет сил даже на слезы, что застыли на глазах, но так и не рискуют пролиться, боясь разрушить то единственное, что удерживает девушку от истерики и самоубийственных идей из разряда "я убью их всех". Убить то может и убьет, благо сил достаточно, вопрос в другом, удастся ли после всех этих убийств сохранить рассудок и не превратиться в монстра окончательно.
Когда Сэм замечает сияние синих глаз, обращенных к ней, то ее собственные глаза, как бы повинуясь неизвестному инстинкту, загораются желтым, являя истинную сущность подростка. Нервы на пределе и сохранять контроль в данном случае довольно затруднительно, особенно такой эмоционально неустойчивой личности, как Саманта. Девушка хватает парня за плечи, впиваясь острыми когтями в кожу, разрезая нежную плоть и проливая несколько капель крови.
- Прости я...Уходи. Просто уходи. - поспешно шепчет еле слышные извинения, собирая остатки контроля по углам внутри сознания.

Отредактировано Samantha Monroe (17-10-2017 20:03:23)

+2

8

Всё, что ему оставалось, это посильнее зажмурить глаза и стиснуть челюсть, чтобы не наговорить ещё чего-нибудь. Он и так сказал достаточно, чтобы ввести девушку в ещё большее смятение. Джек, пожалуй, никогда не видел Сэм такой... потерянной.Вся эта агрессия и злость были всего лишь тем, что оставалось на поверхности, в то время, как глубоко внутри у неё бурили настоящие чувства, которые она в тот момент испытывала.
Что ж, он хотел уйти тихо, но у него это не вышло, как и всегда. Все его планы привычно рушились, поэтому Шелтон и предпочитал их никогда не строить. Хочешь светлое будущее и счастливую жизнь в кругу семьи? Проведи вечер на пепелище, где под обломками остались их изувеченные тела. Жаждешь оказаться под защитой? Получи в альфы психопата, который будет из раза в раз бросать тебя на амбразуру. Думаешь, что наконец нашел дом, место, где можно осесть? Проснись на рассвете с чувством полной опустошенности внутри и пойми, что тебе нет места нигде.

- Уверенна, что хочешь видеть именно меня рядом с собой там? - когда Шелтон открывает глаза, в его взгляде сквозит только безразличие. Он привык быстро смиряться со всем, что происходило вокруг него. Айзек заслуживал того, чтобы его память почтили, но Джек не был тем человеком, который организовывает чьи-то похороны.
У него была одна дурная привычка - не появляться там, где были похоронены близкие ему люди, не видеть того, как их тела предают земле. Джек с некоторых пор жил по принципу - если он этого не видел, значит этого не было. Так было куда проще. Всегда оставалось место для того, чтобы думать, будто люди ещё живы. То, что высечено на камне, нельзя изменить, а вот собственная память вполне способна обманывать. Так зачем смотреть на серые надгробия и лишать себя последних надежд?
Джек всматривается в горящие золотом глаза, не обращая внимания на отголоски боли, которые расходятся по рукам по мере того, как Сэм впивается в его плечи когтями. Монро ведь ещё совсем маленький волчонок. Он не многим старше неё, но порой у Шелтона складывалось такое чувство, что он чертовски стар. Даже не смотря на свой дурной нрав, эта девушка всё ещё сохраняла чистый цвет глаз, которые светили теплом. Какие бы оправдания она себе не придумывала, он всё равно не верил, что она способна на хладнокровное убийство. По крайне мере до этого самого момента. Потеря Айзека могла сломать в ней все преграды, а Джек не хотел, чтобы Саманта превращалась в чудовище. Одного монстра для стаи было вполне достаточно. Для стаи, которой больше не было.

- Попроси об этом Томми. Он лучше меня... - Джек не мог закончить предложение и описать, чем конкретно Росс был лучше. Наверное, просто всем. Солнечный юноша, который напоминал ему самого себя... до всего. В других больше всего ненавидишь то, что есть в тебе самом? Да, пожалуй, так и есть.
Шелтон аккуратно отнимает от себя руки Саманты, на несколько мгновений сжимая в своих руках теплые узкие ладони. Она не была виновата в том, что была больше человеком, чем он. С яркими чувствами, сожалением, горем. Она не должна была слышать всё то, что он сказал. Она не должна была даже видеть то, как он уходит, но теперь ей придется. А ему останется только жить с тем фактом, что он отвернулся и оставил её, когда она так нуждалась в поддержке.
Джек никогда не умел прощаться и не собирался учиться. Он выпустил из рук ладони Монро и обошел её, направляясь к выходу из кухни. Ему оставалось только забрать сумку из спальни и уйти. Попытаться больше никогда не возвращаться.

+2

9

Сэм обхватывает себя руками за плечи и прижимает голову к груди, пытаясь унять пыл и боль, которая, казалось бы, не собиралась покидать ее тело. Девушка вцепляется в себя, сильно сжимая руки и больно впиваясь даже не отросшими когтями в кожу. Точнее по всем законам жанра ей должно было быть больно, но она ничего не чувствовала. Физическая боль сейчас отступила на задний план, открывая путь душевным терзаниям, что разрывают изнутри и не оставляют даже крохотной надежды на то, что девушка когда-нибудь придет в себя. Но все проходит и боль не исключение. Ярость сменяется безразличием, а с лица пропадают все эмоции. Она опустошена, в ней нет больше ничего, ни чувств, ни эмоций, ни чего бы то ни было еще. Пустота. Всепоглощающая и не знающая границ пустота, которой Саманта стремиться заполнить себя, чтобы больше ничего не чувствовать. Чтобы больше не казаться слабой и маленькой девочкой, которую она так ненавидит в себе, что запирает в невидимой клетке и выпускает на волю животное. Теперь его выход. Волчица правит балом.
- Нет, на самом деле нет. Иди. Ты мне не нужен. - Тихо и спокойно, без дрожжи в голосе и каких-либо других эмоций. Она смотрит на него и для нее он теперь чужой. Хочет уйти, пусть идет. Останавливать, кричать, рыдать и биться кулаками в подушку она не будет, просто посмотрит вслед, а затем поднимется в свою комнату и ляжет спать. По крайней мере, так она думает сейчас, пока они стоят и смотрят друг на друга, сверкая глазами. Но правда в том, что волчица не настолько бесчувственная, не настолько жестокая и явно не такая сука, как думала Сэм. Просто волчица куда лучше скрывает свои эмоции, не желая показывать их другим, чужим для нее людям, а Джей сейчас становился именно чужим. Ей хочется впиться когтями ему в голову и содрать с его кожи тату птицы, расположенное у Шелтона  за ухом, но знает, что это ничего не изменит. Кожа регенерирует и тату вновь проявиться, так как это не обычная татуировка, да и сами они далеко не обычные люди. Их тату оставили след на их мышцах и что ни делай, как ни старайся от нее избавиться, ничего из этого не выйдет и от этого больно. Символ стаи, некогда значащий для Сэм то, что она не одна и являющийся для нее практически всем, теперь же причинял только боль и будет причинять ее каждый раз, когда взгляд будет замечать чернила на ключице.
- Вот тут я солидарна с тобой. Он хотя бы не бежит, как крыса с тонущего корабля. - Все с тем же безразличием произносит девушка, но в ее голосе отражаются капельки яда смешанные с отчаянием, которые не скрыть ни чем. Ненавидеть людей для Сэм было привычным делом, казалось она родилась с этой ненавистью и злобой, так как иначе не было другого объяснения тому, почему она могла пытать их часами, упиваясь страданиями и ловя кайф от каждого болезненного стона. Но заставить себя ненавидеть того, кто на протяжении года стал тебе словно родным братом было тяжело и похожим на фильм в жанре фантастика. Но Сэм - это Сэм. Для нее нет ничего невозможно, и сейчас все силы были направлены на то, чтобы заставить себя ненавидеть этого парня. На то, чтобы перестать чувствовать его родным. И там, глубоко внутри, она сама лично рвет нити, связывающие ее с ним, и чувствует облегчение (?).
- Удачи, Джек. Без сарказма, с искренним пожеланием и надеждой на то, что когда-нибудь Шелтон наконец сможет найти свое место в этом мире и если ему это удастся, то тогда и Сэм обретет надежду на то, что кому-то она может быть нужна. Ну а пока, она медленно опускается на диван в гостинной и неотрывно смотрит на входную дверь, ожидая когда та захлопнется за Джеком в последний раз.

Отредактировано Samantha Monroe (Вчера 20:23:39)

0


Вы здесь » Teen Wolf: The battle with the Death » Флешбеки » Уйти нельзя остаться


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC